|
Мировой теннис / US Open / Статьи –
19-летний теннисист рассказал о своей жизни и начале спортивной карьеры в блоге "Трибуна игроков".Как сын мигрантов из Африки стал одной из главных надежд американского тенниса: история Фрэнсиса Тиафо • НЕЧТО БОЛЬШЕЕ • Автор блога: Фрэнсис Тиафо "Многие люди, которые следят за теннисом, уже знакомы с моей историей. Но если вы не из их числа, тогда вот короткая ее версия: Я сын мигрантов из Сьерра Леоне (государство в Западной Африке). Когда я был ребенком, мой папа получил работу на строительстве College Park Tennis Club в 1999 году, новой теннисной академии в районе Вашингтона. Когда стройка была завершена, мой отец остался там работать в качестве обслуживающего персонала. Пока папа трудился, я играл по ночам и выходным на этих площадках, в то время, когда других детей не было по близости. Я играл напротив стенки, копируя ту технику, которую видел у ребят постарше в этой академии. Я представлял, что играю против Рафы или Роджера на US Open, что эти теннисисты были за той стеной. Иногда вечерами я вместе со своим братом-близнецом Франклином даже засыпали на массажных столах в академии, пока наш отец работал всю ночь. В итоге, я был принят на обучение, а остальное – уже прошлое. Но на самом деле вся история была куда более сумасшедшей, чем вам могло показаться. Даже, когда меня зачислили в академию, я играл подержанными ракетками и экипировкой, которая оставалась после моих более обеспеченных сверстников, или использовал демо-версии ракеток, которые получал клуб. Я люблю всем рассказывать, что это не я выбрал теннис, а что теннис выбрал меня – что я был создан, чтобы играть в этот спорт – но это не облегчает мой путь. Когда я говорил окружающим, что хочу вырасти и стать теннисистом, надо мной смеялись.  Мой отец всегда меня поддерживал, но бывало и подшучивал («Если ты хочешь это сделать, так сделай!», говорил он мне). Моя мама активно не хотела, чтобы я выступал на профессиональном уровне. Мы с ней спорили об этом годами, даже тогда, как я уже стал про-игроком и начал получать небольшие деньги. Все, что она хотела, так это чтобы мы с Франклином пошли в колледж. Так что, мне пришлось выбивать свое место под солнцем везде, где бы я хотел оказаться. Маме было тяжело свыкнуться и принять мое решение. Помимо всего прочего, каждый мальчик, с которым или против которого я играл, имел больше, чем я, и никогда не должен был переживать из-за денег или сможет ли он поступить в колледж. Переход в профессионалы может значительно раскрыть твой потенциал, но для кого-то может обернуться полной катастрофой. Я рано понял, что у меня есть вариант либо сидеть тут и грустить из-за своей ситуации – что я и делал много раз, желая стать одним из тех ребят – или использовать это как трамплин. Я смотрел на это так: твои родители – это твои родители. Ты родился тем, кем родился. Это нельзя изменить. Что ты можешь контролировать, так это то, насколько упорно ты работаешь. Я знал, что у меня есть возможность помочь своей семье и общине так, как никто из нашей академии не сможет. Не важно, как бы сложилась их жизнь после тенниса, с ними все будет в порядке. Для меня на кону было гораздо больше. Теннис – это был мой способ вырваться из всего этого. Я знаю, что это прозвучит как клише, если я скажу: «Нет ничего невозможного, если ты только веришь», но это то, под чем я подпишусь, даже если это звучит банально. Я так смотрю на жизнь, вся суть в том, как ты делаешь шаг вперед и занимаешься тем, во что ты веришь. Это и есть тяжелая часть. И я отошел от этого летом 2016-го. Я был в некой колее. Когда я медленно поднимался по лестнице ATP с самого низа, я все больше привлекал внимание медиа: все больше людей знали, кто я, когда я выходил на корт. В раздевалках разных турниров меня уже узнавали, а некоторые из самых известных парней в туре кивали мне при встрече. Из-за этого я почувствовал себя даже слишком комфортно. Ожидания, которые были возложены на меня, когда мне было 14 или 15 лет, начали оправдываться. Я бы не сказал, что я совсем расслабился - я все еще был там, выкладывался по полной - но я отступил от того, что сделало меня профессионалом в первую очередь. Я уже получил этот статус. Я только предположил, что успех придет, как это и было мне обещано, что это действительно случится. Когда я соревновался в тот период, то временами чувствовал себя уж слишком расслабленным, и когда ситуация накалялась, я накручивал себя еще больше. Мне нужно было вернуться к тому, как я чувствовал себя, играя, будучи еще ребенком – просто наслаждался теннисом. Быть свободным. Представлять себя напротив той стены в академии. В конце концов, это игра, и я заставлял себя вспоминать, чем она была для меня в самом начале. Это, по меньшей мере, не нормальная теннисная история. Я должен был помнить: Единственная причина, по которой я этим занимаясь, - это потому что я хочу. Было чудесно стать тем человеком, который приносит наибольший заработок в семью и помогает родителям, но это был мой выбор – играть. И мне нужно было напоминать это себе каждый раз, когда я выходил на корт.  Год назад я занимал 170-е место в рейтинге. Как мне кажется, обычные болельщики не понимают, в какие жернова попадает игрок, учитывая теннисный календарь. Ты должен каждую неделю контролировать свое тело и каждую неделю выдавать результат. Ты можешь выступать год за годом, без дня передышки от тенниса. Уровень твоей физической подготовки в таком графике должен быть просто безумным. Многие места, где проводятся турниры на уровне Challenger Tour, на которых я в прошлом году выступал, не такие гламурные. И дело даже не в деньгах, потому что суммы не такие большие. Ты делаешь это из-за своего достоинства и для того, чтобы подняться в рейтинге АТР, в списке, который определяет твою карьеру и какие возможности ты можешь получить. И это тот уровень, на которой мне в итоге удалось прорваться. Я выиграл два «челленджера» подряд накануне Ролан Гаррос и смог выполнить большой прыжок в рейтинге. В этом году я попал в топ-60-70, что достаточно для прямого попадания на Большие Шлемы и на многие крупные турниры АТР. В Цинциннати я обыграл Александра Зверева, который на тот момент был седьмой ракеткой мира, и это моя самая большая победа, исходя из рейтинга соперника. Каждый раз, когда ты обыгрываешь высокорейтингового теннисиста, – это большой шаг. Сейчас я занимаю 70-е место в мировой классификации и мне предстоит над многим поработать. Но я знаю, что могу соревноваться с лучшими игроками в мире и сделать свою карьеру еще более успешной, чем она могла бы быть. Весной я сыграл с Роджером Федерером на Miami Open. Что за опыт это был. И, хотя я никогда не играл с ним в туре, мы уже были немного знакомы. Его агент пробовал подписать со мной контракт, так что я был на связи с Роджером, мы вместе тренировались несколько раз и были в дружеских отношениях, обменивались сообщениями налево и направо. Поэтому, когда я узнал, что буду с ним играть, то не нервничал настолько, насколько бы мог. Когда я вышел на корт, то публика бурно меня приветствовала – я честно подумал, Вау, это же сумасшествие. 14 тысяч зрителей просто рвали глотки за меня. А потом вышел Роджер. И земля под ногами затряслась от этого приветствия. Ведущий начал объявлять его достижения: семикратный победитель Уимблдона, 93 титула, пятикратный чемпион US Open, 18-кратный победитель Больших Шлемов… Роджер Федерер. Я подумал, что это все нереально. Я играю с Роджером Федерером, величайшим игроком, который когда-либо держал ракетку. И вот самая сногсшибательная вещь, которую я даже не мог переварить в то время: я мог его обыграть. Я уступил 7-6, 6-3, но я вел 6-5 в первом сете, и в моей голове проскочила мысль: «У меня есть то, что нужно для победы над таким игроком как Роджер Федерер». Роджер Федерер!  Матч не закончился моей победой. Но, когда я сел на свою скамейку после поединка, то в голове мелькали картинки, как я восьмилетним мальчиком бью мячом об стену в академии. Каковы шансы, что такой ребенок, как я, сын иммигрантов, который попал в спорт таким путем, будет расти так, как рос я, сможет вообще взглянуть на Федерера. А я был по ту сторону сетки от него. Это тот момент, который навсегда со мной останется, момент, когда я знал, что нахожусь в шаге от чего-то большего, чем я сам. За последнее время я показал хорошую игру после некоторых разочаровывающих результатов, а сезон подходит к Открытому чемпионату США. US Open - настолько особенный турнир для меня и я говорю это даже не потому, что я американец. Я просто не могу себе и представить, что где-то может быть атмосфера еще лучше. Половина зрителей просто впадает в опьянение и сходит с ума на трибунах. Им это очень нравится. Когда я встречался с Джоном Иснером в прошлом году, то чувствовал, насколько публика изголодалась к успешной американской истории. Я ужасно хочу стать этим парнем. В этом году я раздумывал, наблюдая за успехами Рафы и Федерера, которые выступают уже целую декаду с тех пор, как я копировал их движения, играя со стенкой. А что если есть кто-то, с таким похожими жизненными обстоятельствами, кто видит меня по телевизору? Что если он говорит: "Эй, я хочу быть как Фрэнсис Тиафо". Вот каким игроком я бы хотел запомниться. Потому что в этом году, особенно в этом году, я осознал: возможно, моя история не самая типичная для тенниса. И, возможно, я не типичный представитель теннисного мира. Но я таки его часть".  ДОПОЛНЕНО: на Открытом чемпионате США-2017 Фрэнсис Тиафо уже в первом раунде сыграл с третьей ракеткой мира Роджером Федерером. Американцу удалось провести со своим опытным соперником пять сетов на центральной арене Артура Эша, а в решающей партии Тиафо был в двух геймах от победы (4-6, 6-2, 6-1, 1-6, 6-4 в пользу Федерера). Источник: theplayerstribune.com Фото: Getty Images. |
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.
Дуже хотілося б, щоб у цієї розумної і талановитої дівчини було велике майбутнє!!!